Признание контрактов недействительными всё равно влечёт взыскание из КФ ОДО – так решила Фемида с российского «края света»

Этот опасный прецедент создан решением Арбитражного суда Камчатского края от 29 мая 2026 года по делу № А24-4266/2025. Краевое государственное казённое учреждение «Управление автомобильных дорог Камчатского края» (КГКУ «УАД КК») обратилось в арбитражный суд с иском к Союзу «Саморегулируемая организация строителей Камчатки» (Союз строителей Камчатки, СРО-С-013-11062009) взыскании 184.353.854 рублей 21 копейки убытков за счёт средств компенсационного фонда обеспечения договорных обязательств вследствие неисполнения ООО «Альфаснаб» обязательств по государственным контрактам № 6 и № 7 от 29 мая 2023 года по реконструкции мостового перехода. В качестве третьего лица в дело было привлечено Национальное объединение строителей.

ООО «Альфаснаб» находится в конкурсном производстве в деле о банкротстве, поэтому казённое учреждение вряд ли смогло получить неотработанный аванс, который составил указанные выше 184.353.854 рубля 21 копейку.

По мнению арбитражного суда, в рассматриваемой ситуации истец, в пользу которого с ответчика взыскан перечисленный по контрактам аванс, соответствующего удовлетворения не получил, в связи с чем учреждение обоснованно предъявило аналогичные требования к саморегулируемой организации, несущей субсидиарную ответственность по обязательствам своего члена.

СРО и НОСТРОЙ возражали против заявленных требований, указывая на то, что признание контрактов недействительными и применение двусторонней реституции влечёт невозможность реализации механизма привлечения саморегулируемой организации к субсидиарной ответственности в силу отсутствия конкурентной закупки как таковой.

Однако Арбитражный суд Камчатского края признал указанные доводы несостоятельными со следующей мотивацией. Прежде всего, как указала Фемида, правоотношения между истцом и третьим лицом изначально возникли именно из контрактов, заключённых конкурентным способом в порядке, предусмотренном Федеральным законом от 5 апреля 2013 года № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд», и стороны приступили к их исполнению: заказчик перечислил аванс, подрядчик приступил к выполнению работ.

Далее суд отметил, что последующее признание недействительными контрактов, заключённых конкурентным способом в порядке, установленном 44-ФЗ, хоть и влечёт юридическое признание таких сделок недействительными с момента совершения, однако, в силу прямого на то указания в пункте 1 статьи 167 Гражданского кодекса РФ, недействительная сделка не влечёт лишь тех юридических последствий, которые не связаны с её недействительностью. К юридическим последствиям, связанным с недействительностью сделок, относится возникновение обязанности вернуть всё полученное по сделке либо возместить его стоимость (пункт 2 статьи 167 ГК РФ).

Арбитраж напомнил, что в пункте 80 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что, по смыслу пункта 2 статьи 167 ГК РФ, взаимные предоставления по недействительной сделке, которая была исполнена обеими сторонами, считаются равными, пока не доказано иное. При удовлетворении требования одной стороны недействительной сделки о возврате полученного другой стороной суд одновременно рассматривает вопрос о взыскании в пользу последней всего, что получила первая сторона, если иные последствия недействительности не предусмотрены законом.

Таким образом, делает вывод первая инстанция, вне зависимости от оснований прекращения договора ликвидационная стадия обязательства должна окончиться приведением сторон в такое положение, в котором ни одна из них не могла бы считаться извлекшей необоснованные преимущества из исполнения и расторжения договора. Соответственно, сторона, получившая предоставление в ходе исполнения договора и не предоставившая эквивалентное встречное исполнение, обязана возвратить полученное в натуре или компенсировать его стоимость. При ином подходе у такой стороны возникает необоснованная выгода (неосновательное обогащение).

Право стороны требовать возврата исполненного по договору в отсутствие эквивалентного встречного предоставления основано на положениях пункта 1 статьи 1102 ГК РФ, устанавливающей, что лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество за счёт другого лица, обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбережённое имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьёй 1109 данного кодекса.

Применительно к рассматриваемой ситуации, КГКУ «УАД КК» приступило к исполнению обязательств по контрактам, перечислив подрядчику аванс в согласованном размере (по контракту № 6 – 115.260.192 рубля 05 копеек, по контракту № 7 – 172.748.559 рублей 69 копеек), а ООО «Альфаснаб», в свою очередь, приступило к выполнению работ, что следует из судебных актов по делам № А24-530/2024 и № А24-531/2024. Определив объём исполненных обязательств по каждому контракту, суды уменьшили размер подлежащего возврату заказчику аванса на стоимость фактически выполненных подрядчиком и принятых заказчиком работ (по контракту № 6 на сумму 4.515.588 рублей 85 копеек, по контракту № 7 на сумму 5.118.077 рублей 52 копейки) и взыскали с общества оставшийся неосвоенный аванс в общей сумме 278.075.085 рублей 37 копеек.

Несмотря на то, что основанием для взыскания аванса в рамках дел № А24-530/2024 и № А24-531/2024 послужило применение судами двусторонней реституции, на что обращает внимание ответчик, соответствующие последствия применялись с учётом норм ГК РФ о договорах подряда и обязательств вследствие неосновательного обогащения, устанавливающих правило о необходимости установления эквивалентности встречных предоставлений.

Как отметила Фемида, ООО «Альфаснаб» добровольно аванс не вернуло, в процессе исполнительного производства решения суда исполнены частично, остаток невозвращённого аванса, являющегося в данном случае неосновательным обогащением общества за счёт истца, составил 184.353.851 рубль 21 копейку. Поскольку подрядчик установленные судом денежные обязательства перед истцом не исполнил, учреждение понесло соответствующие убытки, которые обоснованно рассчитывает возместить за счёт средств компенсационного фонда, поскольку возврат сумм неотработанного аванса находится в сфере ответственности саморегулируемых организаций, на что неоднократно указывал Верховный Суд РФ (определения от 24 мая 2024 года № 305-ЭС23-27922, от 26 апреля 2024 года № 307-ЭС24-4986 и от 23 июля 2024 года № 305-ЭС24-6027).

Конкурсный управляющий возражал, полагая, что КГКУ «УАД КК» не имеет право на компенсационную выплату из КФ ОДО, на эту выплату имеет право именно ООО «Альфаснаб» с целью включения её в конкурсную массу. Но и тут арбитражный суд отказал, указав на следующее:

Доводы конкурсного управляющего ООО «Альфаснаб» об отсутствии у истца права на получение всей суммы компенсационной выплаты, которая, по мнению конкурсного управляющего, должна быть отнесена в конкурсную массу, несостоятельны, не основаны на нормах действующего законодательства и противоречат приведённому выше нормативному регулированию и, прежде всего, положениям статьи 60.1 ГрК РФ, в силу которой правом на обусловленную в ней компенсационную выплату обладает не любой кредитор, а лишь контрагент неисправного подрядчика по договору строительного подряда, и не по любому договору строительного подряда, а лишь по заключённому с применением конкурентных процедур. При этом данная выплата, осуществляемая за счет средств сформированного СРО компенсационного фонда, исходя из своей правовой природы, не является имуществом подрядчика-банкрота, подлежащим включению в конкурсную массу.

Союз строителей Камчатки представил расчёт о размере максимальной компенсационной выплаты из КФ ОДО (1/4 часть, как установлено законом) – 65.175.000 рублей. На основании данного расчёта КГКУ «УАД КК» изменило исковые требования, уменьшив до 65.175.000 рублей.

Как итог: Арбитражный суд Камчатского края удовлетворил исковые требования в полном объёме. Не согласившись с данным решением СРО подало апелляционную жалобу. Однако Пятый арбитражный апелляционный суд своим постановлением от 3 августа 2026 года оставил решение первой инстанции без изменений. Саморегуляторы не согласились с вердиктом и пошли в кассацию – Арбитражный суд Дальневосточного округа. Мы продолжим следить за ходом этого процесса.

Искренне Ваш,
За-Строй.РФ

Подписывайтесь на За-Строй.РФ в МАХ 

При полном и/или частичном копировании данного материала, для последующего размещения его на стороннем ресурсе, обратная, индексируемая ссылка на источник обязательна!