Банк России полон решимости и дальше бороться за снижение инфляции, не считаясь с экономическими проблемами

За что наши граждане любят Центральный Банк РФ, так это за информационную открытость. К сожалению, миновали весёлые времена, когда глава сего ведомства Эльвира Набиуллина появлялась на публике в оригинальных брошках, в которых были закодированы экономические послания. Однако топ-менеджеры мегарегулятора продолжают охотно общаться с прессой и делиться своим видением наших финансовых перспектив. На днях заместитель председателя Банка России Алексей Заботкин выступил с большим интервью на радио РБК. Разговор шёл о ключевых аспектах денежно-кредитной политики, пересмотре инфляционного прогноза, природе инфляционных ожиданий и перспективах курсообразования. Предлагаем вниманию уважаемых читателей ключевые моменты беседы.

Борьба с инфляцией, как самоцель

Прежде всего, Алексей Борисович пояснил, что говорить о скором возвращении годовой инфляции к целевому уровню в 4% пока преждевременно. Это связано с тем, что в годовое исчисление ещё будут включены эффекты от повышения налога на добавленную стоимость, произошедшего в январе, а также влияние недавнего роста тарифов на жилищно-коммунальные услуги.

Господин Заботкин напомнил, что текущий апрельский прогноз, предполагающий диапазон 4,5-5,5% на конец года, будет уточнён на июльском заседании, однако конкретные цифры станут известны только по его итогам, в конце месяца. Тем не менее, мегарегулятор рассчитывает, что во второй половине года устойчивая, очищенная от временных шоков и регулируемых изменений часть инфляции сможет замедлиться до темпов, соответствующих целевому ориентиру около 4%, тогда как в первом полугодии этот показатель колебался в диапазоне 4-5%.

Особое внимание в беседе было уделено ситуации на топливном рынке. В Банке России её квалифицируют как временный шок предложения. Как отметил банкир, Правительство страны принимает все необходимые меры, чтобы этот шок действительно остался краткосрочным. В этом случае его влияние на денежно-кредитную политику будет ограничиваться лишь воздействием на инфляционные ожидания, а не на фундаментальные ценовые тренды.

Говоря о будущих решениях по ключевой ставке, заместитель председателя ЦБ был предельно осторожен в формулировках. Он подчеркнул, что не может с уверенностью предсказать, будет ли ставка повышена, поскольку решение принимается исключительно на основе фактических данных, которые будут доступны Совету директоров. В то же время он повторил сигнал, прозвучавший в июне: мегарегулятор будет оценивать целесообразность дальнейшего снижения ставки.

Однако, как уточнил Алексей Заботкин, это заявление ни в коей мере не гарантирует понижения на одном из ближайших заседаний. Стратегическая задача ЦБ, по его словам, заключается в том, чтобы подвести черту под периодом высокой инфляции предыдущих пяти лет и добиться годовой инфляции на уровне 4% к концу 2027 года. Это станет возможным по мере стабилизации цен и возвращения экономики к сбалансированному росту, что, по оценкам мегарегулятора, уже почти достигнуто. Сроки же процесса снижения ожиданий и, соответственно, ставки будут варьироваться в зависимости от складывающихся обстоятельств.

Рост будет. Но не сейчас

Отвечая на скептические замечания бизнеса, в частности, на опасения миллиардера Романа Троценко, назвавшего ситуацию «капканом Заботкина» по аналогии с «шоком Волкера» в США 1980-х годов, Алексей Борисович привёл историческую ретроспективу. Он напомнил, что политика Пола Волкера, хотя и сопровождалась ростом безработицы с 6% до 11% и кратковременной рецессией, позволила сбить инфляцию с 14% до 4% к концу 1982 года. При этом реальный валовый внутренний продукт США за три года всё же показал небольшой рост. Именно эта жёсткая политика, по мнению эксперта, заложила фундамент для устойчивого и динамичного роста американской экономики в последующие годы, поэтому она и вошла в учебники как пример необходимых мер для создания основы для будущих бюджетных и регуляторных решений.

Существенное место в выступлении господина Заботкина заняла тема высоких инфляционных ожиданий у россиян. Банкир объяснил этот феномен психологической инерцией: люди склонны долго помнить плохое, и после периода высокой инфляции требуется длительный период низкого роста цен, чтобы и бизнес, и население адаптировались к новым условиям. Он подчеркнул, что пятилетний период шоков оставил глубокий след, и для того, чтобы это наследие перестало влиять на ожидания, потребуется значительно больше времени, чем три или даже шесть месяцев ценовой динамики вблизи целевого уровня.

Важной частью дискуссии стало разъяснение природы инфляции и дефляции. Заместитель председателя ЦБ поделился своим видением этой проблемы. По мнению эксперта, снижение инфляции означает замедление темпов роста цен на большинство товаров в корзине, а вовсе не их удешевление. Дефляция, по его словам, возникает лишь в состоянии глубокого переохлаждения экономики, кризиса перепроизводства и сопровождается высокой безработицей и падением реальных доходов. Поэтому Банк России не ставит целью добиться дефляции, а стремится лишь к низкому и предсказуемому росту цен.

Рубль будут укреплять

В отношении волатильности рубля Алексей Заботкин отметил, что за последние более чем 12 месяцев диапазон колебаний курса как к доллару, так и к юаню оставался примерно стабильным, в границах 75-85 рублей за доллар, поэтому говорить о направленном укреплении или ослаблении валюты за этот период некорректно. Он перечислил три основных драйвера, определяющих положение рубля: это экспортная выручка (цены и объёмы), рублёвый спрос на импорт и привлекательность рубля как средства сбережения. Отдельно была упомянута роль бюджетного правила: с 2027 года планируется снижение базовой цены, что может сместить диапазон курса в сторону некоторого ослабления, хотя и без радикальных изменений.

Эксперт решительно опроверг распространённое заблуждение о выгодности слабого рубля для бюджета. Он назвал эту идею глубоко ошибочной иллюзией. Хотя ослабление курса в моменте и может увеличить рублёвый объём нефтегазовых доходов, оно неизбежно раскручивает инфляцию, что влечёт за собой серьёзную индексацию социальных выплат, зарплат в госсекторе и расходов на инвестиции. В итоге бюджет проигрывает больше, чем выигрывает, уже в следующем цикле планирования.

Господин Заботкин также объяснил методологию расчёта официального курса валют, подчеркнув, что сейчас он определяется на базе фактических рыночных сделок, включая внебиржевые массивы, что является наилучшим способом в текущих условиях. Отвечая на вопрос о возможности фиксации курса по примеру Китая, замглавы ЦБ указал на фундаментальное различие: юань не является свободно конвертируемой валютой, а в Китае действуют серьёзные ограничения на движение капитала. В России же, при свободном движении капитала, фиксированный курс сделал бы страну заложником политики других государств и лишил бы денежно-кредитную политику суверенитета. Плавающий же курс выступает как балансирующий механизм и предохранитель, позволяющий экономике адаптироваться к меняющимся внешним условиям. Более того, сам по себе фиксированный курс не гарантирует низкую инфляцию, о чём свидетельствует опыт России до 2008 года, когда при укреплявшемся рубле инфляция оставалась двузначной.

Касательно публикации собственных прогнозов курса Алексей Заботкин отметил, что это было бы контрпродуктивно, поскольку бизнес склонен воспринимать такие цифры как жёсткие обязательства, хотя в реальности они не могут быть таковыми. Наконец, комментируя абсурдные, по его выражению, теории о возможной заморозке вкладов населения, он категорически исключил такой сценарий, заявив, что он невозможен ни при каких условиях. В завершение беседы Алексей Борисович коснулся тезиса, озвученного первым заместителем председателя Банка России Дмитрием Тулиным, согласившись с тем, что поведение вкладчиков определяется их ожиданиями будущей инфляции. Если инфляция составляет 6%, а ожидания держатся на уровне 12-13%, то ставка по депозиту в 10% или 11% не даёт людям ощущения сохранности сбережений, что полностью соответствует текущей реальности.

Вместо эпилога

Таким образом, никаких существенных корректив в позиции мегарегулятора так и не просматривается. Господа банкиры полны решимости и дальше поддерживать запретительный уровень базовой ставки, в святой уверенности, что это поможет борьбе с инфляцией. Хотя, напомним, эта экономическая концепция уже была официально опровергнута даже на уровне МВФ.

Стагнация реального сектора экономики из-за сжатия спроса и недоступности кредитных денег для бизнеса также не слишком волнуют ЦБ РФ – от этой проблемы отмахиваются, как от досадного недоразумения, объявляя «временным неудобством».

Точно так же мегарегулятор настроен продолжать поддерживать курс рубля на высоком уровне относительно доллара и юаня, опять-таки не считаясь с тем, что это приводит к растущему дефициту бюджета и делает неконкурентоспособными российских производителей.

Так что, судя по всему, любая критика со стороны что бизнеса, что федеральных властей для руководства главного финансового учреждения страны остаётся не более чем фоновым шумом. А значит, основные экономические тренды будут и впредь развиваться в том же ключе монетаристской политики – борьба с инфляцией через удушение реального сектора и наращивание госдолга вместо снижения курса рубля.

Искренне Ваш,
За-Строй.РФ  

Подписывайтесь на За-Строй.РФ в МАХ 

При полном и/или частичном копировании данного материала, для последующего размещения его на стороннем ресурсе, обратная, индексируемая ссылка на источник обязательна!