Депутаты Госдумы от КПРФ направили запрос в Минцифры России с требованием объяснить ситуацию с блокировками интернета

«Кот Шрёдингера» – мысленный эксперимент,
предложенный одним из основателей квантовой механики
Эрвином Шредингером в 1935 году.
Цель – показать проблему перехода от вероятностных
законов микромира к определённым событиям макромира.

В своём обращении депутаты Государственной Думы Сергей Обухов и Денис Парфёнов обратились к Министерству цифрового развития, связи и массовых коммуникаций РФ с просьбой подтвердить либо опровергнуть сведения о возможных требованиях к российским платформам ограничивать доступ для пользователей, использующих ВПН (VPN). Также парламентарии запросили разъяснения относительно того, планируется ли введение какой-либо ответственности для граждан за использование ВПН-сервисов и будут ли обеспечены их права в случае ограничения доступа к интернет-ресурсам.

Помимо этого, в запросе содержится требование сообщить, проводилась ли оценка потенциальных последствий подобных мер для экономики и социально-политической ситуации. Как отмечает товарищ Обухов:

У людей перестают открываться банковские приложения, маркетплейсы, навигаторы. Ограничения работают нестабильно, выявление ВПН происходит по косвенным признакам, из-за чего блокировки затрагивают даже государственные сайты.

Подход, который сегодня демонстрируют цифровые чиновники, больше всего подходит под определение «правового беспредела». Блокировки запрещённых в России «Фейсбука», «Твиттера» и «Инстаграма» провели, прямо объявив о принятом решении и назвав эти соцсети экстремистскими. Это было довольно странно, но, по крайней мере, честно.

Но вот уже в отношении «Ютуба» чиновники повели себя словно персонажи плохой комедии. Сначала видеохостинг обвинили в том, что он нарушает законы Российской Федерации. Потом устроили клоунаду в Басманном районном суде города Москвы, насчитав корпорации «Гугл» (владельцу сервиса) штраф в 2 ундециллиона рублей за блокировку аккаунтов российских телеканалов. Речь идёт про число с 36-ю нулями, а названная сумма, по оценкам экономистов, превышает всё накопленное мировое богатство. Потом начались заявления, что у сайта «деградировали серверы», и он «сам себя блокирует». Хотя из иностранных юрисдикций те же самые видео работали без всяких замедлений. Словом, вместо жёсткого политического решения чиновники решили пойти путём мелких и тайных пакостей, что выглядело откровенно трусливо и унизительно для самой же нашей страны.

Примерно так же складывается ситуация и с блокировками Телеграма. Вначале мессенджер обвинили в отказе от сотрудничества с Роскомнадзором, хотя команда Павла Дурова пошла на все требования, включая регистрацию авторов с более, чем 10.000 аудиторией и блокировки каналов, занимающихся противозаконной деятельности. Потом от Телеграма потребовали перенести все серверы в Россию, выдвинули ещё ряд невыполнимых требований, заблокировали возможность видео- и аудиозвонков, а после этого начали замедлять и обмен текстовыми сообщениями. Всё это – подчеркнём – без какой-либо правовой основы, никак официально не объявляя о принятых решениях.

А когда граждане начали активно устанавливать сервисы ВПН, чтобы вернуть себе возможность нормально работать и получать информацию – закручивание гаек продолжилось, причём, по тем же комичным правилам. С одной стороны, чиновники тратят миллиарды бюджетных денег на блокировки и цензуры, а с другой – делают вид, что никакой цензуры нет. В итоге в голове у российских граждан образовался полный сумбур. Никто не знает – разрешены в стране сервисы ВПН или запрещены? Можно пользоваться Телеграмом или нельзя?

Как может подтвердить любой первокурсник юрфака, прослушавший курс по «Теории государства и права», власть оформляет свои решения в виде обязательных для общего исполнения нормативно-правовых актов. В стране не может быть негласных запретов, вводимых по желанию левой пятки того или иного чиновника или главы госкорпорации, который таким образом устраняет конкурентов. Но именно так и происходит с тотальными блокировками интернета.

Серей Обухов напомнил, что пресс-секретарь Президента России Дмитрий Песков связывал введённые ограничения с соображениями безопасности. В Кремле при этом отмечали временный характер таких мер, выражая уверенность в том, что большинство граждан понимают их необходимость и целесообразность. Однако, по мнению депутатов, есть серьёзные основания сомневаться в заверения властей. В качестве примера Сергей Павлович предложил вспомнить о запретах на проведение массовых мероприятий, пикетов и митингов, которые, якобы, были введены для эпидемиологической безопасности граждан:

Пандемия давно закончилась, а запреты на проведение публичных акций по ««пандемическим соображениям» во многих регионах так и остались. «Временное» превратилось в постоянный инструмент контроля.

По мнению депутата, в настоящее время при блокировках в интернете применяется тот же принцип, что и ранее в отношении ограничений на проведение митингов и других массовых мероприятий. Он считает, что подобные «временные меры безопасности» со временем могут закрепляться и становиться постоянной практикой. Кроме того, парламентарий отметил, что если в случае с митингами были затронуты права на свободу собраний, то блокировка ВПН наносит серьёзный ущерб всей цифровой инфраструктуре страны.

Речь идёт не про инструмент обхода блокировок, а про одну из базовых технологий для работы цифровой инфраструктуры. Она необходима для удалённой работы, банковских операций, работы филиалов компаний, доступу к профессиональному ПО. Не говоря уже про развитие IT-отрасли, которую власть декларирует как приоритет развития.

Напомнили депутаты и про абсурдную ситуацию с многомиллионными конкурсами на закупку ВПН-технологий для государственных учреждений. Получается парадокс – Минцифры и РКН тратят миллиарды на интернет-цензуру, а другие ветви власти вынуждены сжигать новые бюджетные миллиарды для борьбы со своими же разбушевавшимися коллегами.

Что же, посмотрим, что ответит на депутатских запрос команда цифрового министра Максуда Шадаева. Хотя, едва ли стоит рассчитывать на что-то большее, чем стандартная отписка со ссылкой на «меры безопасности». В последнее время в правовую практику уверенно входит такая категория, как «неписанный закон», который, к сожалению, всё чаще оказывается важнее закона кодифицированного…

Искренне Ваш,
За-Строй.РФ

Подписывайтесь на За-Строй.РФ в МАХ 

При полном и/или частичном копировании данного материала, для последующего размещения его на стороннем ресурсе, обратная, индексируемая ссылка на источник обязательна!