Иначе коррупцию не остановим!

Идея председателя Следственного комитета РФ Александра Бастрыкина, которая наверняка вызовет самую горячую поддержку у большинства наших граждан, прозвучала на расширенном заседании коллегии ведомства. А начал Александр Иванович с оглашения итогов работы. В 2025 году российские следователи предъявили обвинения в коррупционных преступлениях 617-ти лицам, обладающим «особым правовым статусом». Из них 308 депутатов и глав муниципальных образований, 58 руководителей и следователей органов предварительного расследования, а также 13 сотрудников прокуратуры.

В прошлом году в суды передано 14,2 тысячи дел о коррупционных преступлениях – на четверть больше, чем годом ранее. Из них 555 касались организованных групп и преступных сообществ. Арест на имущество фигурантов наложен на сумму 196,5 миллиарда рублей. Среди резонансных расследований господин Бастрыкин назвал дело бывшего губернатора Рязанской области и экс-сенатора Николая Любимова, обвиняемого в получении взяток на 270 миллионов рублей, а также уголовное дело в отношении бывшего прокурора подмосковного Лыткарино Алексея Харитоненко, которому вменяется получение 495 миллионов рублей взяток.

Кроме того, в суды направлено 22,5 тысячи дел об экономических преступлениях, включая материалы в отношении руководителей предприятий, не выплачивавших зарплату, дела об уклонении от уплаты налогов, преступлениях в сфере военно-промышленного комплекса и при исполнении гособоронзаказа.

Глава Следкома также сообщил о 1.598 делах, возбуждённых по фактам нарушений при реализации национальных проектов, из которых 919 уже переданы в суд. По ним проходят 1.217 фигурантов, в том числе 312 чиновников. В качестве примера Александр Бастрыкин привёл расследование уголовного дела в отношении бывшего вице-премьера Башкирии Алана Марзаева, в ноябре прошлого года осуждённого на 13 лет колонии строгого режима.

Новый антикоррупционный фронт был открыт в деле «очистки рядов» судейского сообщества. В 2025 году ведомство инициировало уголовное преследование в отношении 36-ти судей. Наиболее громким стал приговор бывшему председателю Ростовского областного суда Елене Золотарёвой, которой назначили 15 лет колонии общего режима и штраф в размере 170-ти миллионов рублей. Экс-судью признали виновной в получении взяток в крупном и особо крупном размерах (части 5 и 6 статьи 290 Уголовного кодекса РФ). Ей также запретили занимать должности на государственной службе на 15 лет. Подробнее о коррумпированных судьях и о том, как идёт борьба с ними, можно прочитать в нашей статье «Фемида прощается с коррупцией?».

Однако, как считает Александр Иванович, давно назрела необходимость нанести по мошенникам, казнокрадам и продажным чиновникам удар на законодательном уровне. А именно – ввести в качестве уголовного наказания полную конфискацию всего имущества, принадлежащего коррупционерам. Мера радикальная. Сейчас, напомним, с высокопоставленных воров взыскивают исключительно то, что они смогли украсть (а точнее, тот ущерб, который смогло установить следствие), при этом щедро оставляя всё остальное добро, вне зависимости от того, когда и каким образом оно было нажито. В итоге большинство пойманных коррупционеров спокойно отбывают свой срок в комфортабельных условиях, которые может позволить себе богатый человек, а потом выходят на свободу с чистой совестью и не слишком опустевшим кошельком.

По новому порядку накладывать арест предлагается, в том числе, на то имущество, что не было получено в результате коррупции, но отчуждено третьими лицами для уклонения от возмещения ущерба. А заодно – расширить перечень преступлений, по которым применяется конфискация и предусмотреть дополнительные механизмы для предотвращения вывода награбленных активов в иностранную юрисдикцию. Соответствующий законопроект, по словам господина Бастрыкина, был «концептуально поддержан» органами власти и передан на рассмотрение в Правительство России.

Очевидно, что большинство российских граждан инициатива главы Следкома воспринимается однозначно положительно. Однако нашлись защитники и у коррупционеров. Например, на защиту казнокрадов, жуликоватых подрядчиков и коррумпированных судей встал адвокат, бывший полномочный представитель Правительства РФ в Конституционном и Верховном судах России Михаил Барщевский.

Юрист заявил, что строгость наказания, якобы, никак не влияет на уровень преступности. Он сослался на опыт Китая, где, невзирая на расстрелы, новые коррупционеры всё равно процветают. А также на опыт Советского Союза, где применялась конфискация имущества, но это, по его словам, «ничего не дало, кроме одного – это делало не только коррупционера, но и его детей, жён, мужей нищими».

Примерно такие же доводы привёл в комментариях РБК адвокат Денис Саушкин. Он опасается, что полная конфискация может вновь привести к потере связи между преступным поведением и имущественными изъятиями. То бишь, пойманный взяточник может случайно лишиться не только наворованного, но и честно заработанного –например, машины, которая была куплена ещё до вступления осуждённого в должность. Возвращение полной конфискации, по мнению адвоката, поставит вопросы о соразмерности и справедливости назначенного наказания. Неизвестно, как такая мера отразится на членах семьи осуждённого, которые находятся с ним в режиме общей совместной собственности.

Впрочем, такие рассуждения если и имеют под собой некую правовую подоплёку, но с моральной стороны выглядят откровенно неубедительно. Как-то при всём желании не удаётся пробудить в себе сочувствия к родственникам коррупционеров, которые в счастливые деньки радостно катаются по заграничным курортам, позируют возле люксовых автомобилей и выкладывают свои фоточки во всякие запрещённые соцсети, не слишком мучаясь угрызениями совести по поводу происхождения нажитых денег. Единственное жильё российские законы человеку оставляют, на улице никто не окажется. А дальше можно попробовать заработать себе на жизнь честным способом.

Что же касается соразмерности наказания и преступления, то этот вопрос оба уважаемых адвоката могли бы обсудить, например, с жителями Курской области, которые лишились жилья, здоровья и близких – в том числе, по вине преуспевающего ворья, которое положило себе в карманы деньги, выделенные для строительств фортификационных сооружений. Считают ли они, что конфискация имущества – слишком строгое наказание за искалеченные людские судьбы и жизни?

Наконец, кивки в сторону СССР и Китая выглядят уже совсем неубедительно. Получается, что если новые коррупционеры появляются даже после расстрелов и посадок, то расстреливать и сажать никого не нужно, а надо смириться с неизбежным злом? Скорее, наоборот, этот тот самый опыт, которого сегодня ой как не хватает нашей стране.

Впрочем, можно сколько угодно говорить про моральные и правовые аспекты проблемы. Окончательное решение предстоит высказать Правительству России. А оно, с большой вероятностью, будет руководствоваться прагматическими соображениями – жёсткие конфискации помогут пополнить бюджет, что в наше время имеет очень важное значение.

Искренне Ваш,
За-Строй.РФ

При полном и/или частичном копировании данного материала, для последующего размещения его на стороннем ресурсе, обратная, индексируемая ссылка на источник обязательна!