Известный эксперт и представитель НОПРИЗ считает, что российские специалисты должны сами формировать путь развития технологий информационного моделирования
Уход западных софтверных корпораций, который ещё пару лет назад казался катастрофой, сегодня открывает окно возможностей для выстраивания собственной технологической вертикали. Однако, как считает руководитель комитета по информационному моделированию АРПП «Отечественный софт» и член комитета по цифровизации Национального объединения изыскателей и проектировщиков Михаил Бочаров, реализовать этот шанс мешает сразу несколько системных факторов: от разобщённости центров компетенций до катастрофического хаоса в нормативной базе. Свою точку зрения Михаил Евгеньевич подробно обосновал в большом интервью «Интерфаксу», из которого мы приводим наиболее интересные мысли известного эксперта.
От BIM – к «Информационному менеджменту»
Эксперт начинает с того, что главная ценность «цифры» вовсе не в красивой трёхмерной картинке, а в фундаментальной работе с данными, на основе которых принимаются управленческие решения. Учитывая, что отечественная система управления в строительстве далека от идеала, информационное моделирование выступает инструментом прозрачности. Это средство, которое мешает нецелевому расходованию средств – как государственных, так и частных, заставляя всех участников рынка соответствовать новым строгим стандартам, под угрозой потери своего места в индустрии.
Мировой контекст стремительно меняется, и Россия оказалась в эпицентре тектонических сдвигов. Михаил Бочаров напоминает, что мир уходит от концепции OpenBIM, от которой отрекаются даже её основатели. В феврале 2025 года британский институт стандартизации BCI анонсировал грядущий пересмотр знаменитой пятёрки стандартов ISO19650, что сулит два революционных изменения.
Во-первых, полный отказ от термина BIM в пользу «Информационного менеджмента», а во-вторых, пересмотр систем графических детализаций, которые ранее считались основой любых моделей. Интересно, что в России о необходимости таких перемен говорили ещё с 2021 года, и сегодня страна оказалась в ситуации, когда можно не догонять уходящий поезд западных лидеров, а прокладывать собственную колею, хотя инерционность рынка серьёзно тормозит этот процесс.
Нейросеть – не «волшебная таблетка»
Когда речь заходит об искусственном интеллекте, господин Бочаров призывает отделять зёрна от плевел и чётко разделять области реального применения и хайповые обещания. Технологии ИИ уже сегодня эффективны там, где требуется обработка огромных массивов рутинных данных по заданным алгоритмам. Особых успехов достигло машинное зрение, используемое для контроля строительства, а также совмещение образов реального объекта с цифровой моделью для оперативной фиксации дефектов.
Перспективно и автоматическое формирование исполнительной документации на основе модели, но ключевым условием успеха здесь является доверие к исходным данным. Как только проектировщики перейдут к работе с верифицированной информацией, эффективность нейросетей возрастёт многократно, а пока это направление находится в стадии становления.
Вопросы функциональной избыточности
Проблема импортозамещения, по мнению эксперта, во многом надумана из-за навязывания западной парадигмы, которая страдает функциональной избыточностью. Отрасли долго прививали любовь к запретным плодам, но сейчас наступает время переосмысления подходов.
Ярким примером является работа архитекторов, которых Михаил Бочаров называет отдельной «кастой». Многие из них мыслят образами и работают карандашом, а не в трёхмерной среде, и эта особенность наконец-то услышана разработчиками отечественного ПО.
Важным шагом вперёд стало апрельское Соглашение 2025 года между президентом НОПРИЗ Анваром Шамузафаровым и главой «Отечественного софта» Натальей Касперской. Цель этого альянса – консолидация усилий для реализации Стратегии развития стройотрасли до 2030 года, и здесь, как в известном меме, участникам синергетической пары нужно «понять и простить» друг друга, преодолев профессиональный снобизм ради совместного результата. Вице-премьер Марат Хуснуллин уже подтвердил, что без цифровизации и ИИ современное проектирование невозможно, и именно НОПРИЗ может стать той площадкой, где задачи будут формулироваться наиболее чётко.
Что происходит «на земле»?
Несмотря на высокие лозунги, реальное положение дел с внедрением информационных моделей остаётся парадоксальным. Михаил Евгеньевич заявляет, что в полном объёме информационную модель в России сегодня не делает никто. Причина кроется в законодательной трактовке: статья 48 Градостроительного кодекса РФ приравняла информационную модель к полноценной проектной документации, а классический BIM, как правило, включает лишь трёхмерную часть и базовые атрибуты, чего катастрофически мало для стройки. Если говорить только о «кубиках», значит, выполнена лишь часть работы. При этом президентское поручение от 2018 года о переходе к системе управления объектом через ТИМ до сих пор не исполнено, и отрасль продолжает буксовать, не достигнув целевых ориентиров.
Главным технологическим тормозом широкого внедрения типового проектирования эксперт называет формат IFC, который ошибочно воспринимается как универсальный переводчик. На самом деле это лишь посредник, который искажает данные при передаче между разными программными средами, уподобляясь переводчику, работающему через третий язык. На малых объектах графические неточности ещё можно отследить, но что происходит с текстовыми атрибутами – остаётся загадкой, а верификация больших объектов требует колоссальных временных затрат. Отрасли нужен не просто обмен файлами, а бесшовное управление данными в реальном времени, которого формат IFC обеспечить не в состоянии.
О кадрах и компетенциях
Разумеется, коснулся разговор и острой темы дефицита кадров в новом направлении. По мнению Михаила Евгеньевича, разобщённость центров компетенций сегодня стала одной из главных угроз. В этой сфере сосредоточено множество организаций, приносящих пользу и вред одновременно. Отсутствие стратегического технологического видения приводит к тому, что отрасль мечется между устаревшими подходами и консерватизмом кадров.
Доказательством этого хаоса служит нормативно-техническая документация: огромное количество ГОСТов и сводов правил, которые зачастую не просто противоречат друг другу, но и вступают в конфликт с федеральным законодательством. В журнале «Информационное моделирование» ежемесячно публикуются десятки страниц судебных дел, которых легко можно было бы избежать при наличии единой терминологии и унифицированных подходов. России срочно необходима национально ориентированная наука в этой сфере.
Хотя специалистов остро не хватает, Михаил Бочаров не согласен с популярной цифрой «нам нужно 300 тысяч человек». Задача – не плодить элитарных BIM-менеджеров, а сделать технологию информационного моделирования профессией широкого профиля с дружелюбным интерфейсом. Эксперт проводит историческую параллель с профессией оператора ЭВМ, которая была популярна в 90-х, но исчезла, растворившись в базовой компьютерной грамотности каждого офисного сотрудника.
То же самое должно произойти и с информационным моделированием, но при этом критически важно не обрушить темпы проектирования и строительства, плавно ведя старые кадры к новым стандартам и сохраняя привычные для них инструменты.
Искренне Ваш,
За-Строй.РФ
Подписывайтесь на За-Строй.РФ в МАХ 
При полном и/или частичном копировании данного материала, для последующего размещения его на стороннем ресурсе, обратная, индексируемая ссылка на источник обязательна!

отечественная система управления в строительстве далека от идеала - этого достаточно, спасибо))))))
@Удивлённый саморегулятор, так-то оно так. Но мне понравилась мысль, что нельзя решить проблемы стройки одной заменой иностранного ПО на отечественное. Если процессы кривые, то они и в самом лучшем софте останутся кривыми
@Николай Сорокин, согласен, здравая мысль. Цифровизация не лечит управленческие болезни. Она их просто делает более заметными
пару лет назад импортные софты ушли, а начать говорить об отечественных можно начинать сейчас? наверное уже надо говорить о том, чтобы из отечественного не подошло, где и какие доработки нужны, нет?