В большинстве случаев именно внимание к срокам давности по исковым требованиям позволяет СРО защитить свои КФ ОДО. Но при этом саморегуляторам надо правильно выстроить защиту

Хорошей иллюстрацией этого правила стало дело № А40-185620, которое рассматривалось в Арбитражном суде города Москвы. Истцом выступило Санкт-Петербургское государственное казённое учреждение «Фонд капитального строительства и реконструкции» (СПБ ГКУ «ФКСР»). Ответчиком являлась московская Ассоциация «Национальный альянс проектировщиков «ГлавПроект» (СРО-П-174-01102012). А в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований, было привлечено ООО «РДС» – подрядчик, из-за которого саморегуляторам и пришлось идти в суд.

Между СПб ГКУ «ФКСР» и ООО «РДС» был заключён государственный контракт от 16 января 2019 года № 01/КОУ-19 на выполнение проектных работ для нужд Санкт-Петербурга. Компания обязалась подготовить документацию для реконструкции зданий под размещение Кронштадтского лицея. В итоге проектная контора работы не исполнила, заказчик принял решение об одностороннем отказе от исполнения контракта, оформленное уведомлением от 26 мая 2021 года, и контракт был расторгнут 9 июля 2021 года.

ФКРС попытался взыскать с подрядчика задолженность в сравнительно скромном размере 1,89 миллиона рублей, но в этом не преуспел – 8 апреля 2021 года компания была признана несостоятельной, а в отношении неё открыта процедура конкурсного производства. Поскольку задолженность не была погашена, истец направил претензию в адрес СРО в порядке субсидиарной ответственности, ссылаясь на нормы статей 55.16 и 60.1 Градостроительного кодекса РФ.

Интересы саморегулируемой организации представлял известный российский юрист и постоянный эксперт За-Строй.РФ Пётр Котенков. В своём письменном отзыве Ассоциация «ГлавПроект» заявила о несогласии с требованиями, а одним из ключевых доводов стал пропуск истцом срока исковой давности. Стоит отметить, что остальные участники процесса отнеслись к суду с меньшим уважением, чем саморегулируемая организация. Заседание проигнорировало не только ООО «РДС», что, в принципе, понятно, но и сам питерский ФКРС, который являлся инициатором иска.

Аргументы Ассоциации были следующими. В соответствии со статьями 195, 196 и 200 Гражданского кодекса РФ, общий срок исковой давности составляет три года со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права, и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску. Контракт с ООО «РДС» был расторгнут истцом в одностороннем порядке 9 июля 2021 года. Именно с этой даты истец – профессиональный участник строительного рынка – должен был узнать о нарушении своих прав, поскольку он не мог не знать о необходимости членства подрядчика в саморегулируемой организации и о существовании института субсидиарной ответственности СРО, действующего с 1 июля 2017 года.

Более того, в рамках другого арбитражного дела № А56-13804/2022, рассмотренного Арбитражным судом города Санкт-Петербурга и Ленинградской области, истец предъявлял претензии к основному должнику – ООО «РДС». В том деле были представлены претензии от 2 апреля и от 25 ноября 2021 года.

Следовательно, уже по состоянию на конец 2021-го истец не только знал о нарушении своего права, но и активно принимал меры к его защите, однако с иском к субсидиарному должнику (саморегулируемой организации) он обратился только 21 июля 2025 года. Таким образом, с момента, когда истец узнал о нарушении права (не позднее 9 июля 2021 года) до даты предъявления иска, прошло более четырёх лет, то есть с превышением трёхлетнего срока исковой давности.

Доводы о том, что срок исковой давности по субсидиарным требованиям должен исчисляться иначе, например, с момента признания основного должника банкротом или с момента получения отказа от него, суд отклонил. При этом сославшись на статью 399 Гражданского кодекса РФ, регулирующую субсидиарную ответственность, и разъяснения Верховного Суда Российской Федерации, в частности определение Судебной коллегии ВС РФ по экономическим спорам от 6 августа 2020 года № 308-ЭС19-27564.

Суд пришёл к выводу, что срок исковой давности для требования кредитора к саморегулируемой организации, несущей субсидиарную ответственность в порядке статьи 60.1 ГрК РФ, начинается с момента наступления совокупности условий, необходимых и достаточных для такого привлечения: а именно когда право кредитора нарушено основным должником и кредитору об этом известно, а также когда основному должнику направлено требование, и оно не исполнено в установленный срок. В данном деле все эти условия наступили не позднее даты расторжения контракта (9 июля 2021 года), а с учётом направления претензий в апреле и ноябре 2021-го – тем более.

Кроме того, истцу напомнили, что в законодательстве отсутствуют какие-либо специальные положения о порядке привлечения к ответственности субсидиарного должника по статье 60.1 ГрК РФ, которые бы изменяли общие правила исчисления срока исковой давности. Судебная практика допускает даже одновременное обращение в суд с иском к основному и субсидиарному должникам, что также свидетельствует о том, что кредитор не обязан ждать исчерпания возможностей взыскания с основного должника или завершения процедуры банкротства для предъявления требований к субсидиарному ответчику.

Истец не представил доказательств наличия обстоятельств, которые прерывали бы или приостанавливали течение срока исковой давности (например, признание долга основным должником или ответчиком). Также не было заявлено ходатайств о восстановлении пропущенного срока по уважительным причинам.

Отдельно суд рассмотрел вопрос о досудебном порядке урегулирования. Согласно пункту 44 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22 июня 2021 года № 18, арбитражное процессуальное законодательство не предусматривает обязательного досудебного порядка для споров о привлечении к субсидиарной ответственности при отсутствии договорных отношений между кредитором и субсидиарным должником. Соответственно, истец мог и должен был обратиться в суд с иском к СРО непосредственно после того, как стало ясно, что основной должник (ООО «РДС») не исполняет обязательства. Тем не менее истец этого не сделал.

В результате суд признал заявление ответчика о пропуске срока исковой давности обоснованным, а поскольку истечение этого срока является самостоятельным и достаточным основанием для отказа в иске (пункт 15 постановления Пленума ВС РФ от 29 сентября 2015 года № 43), суд не стал исследовать иные обстоятельства дела, в частности, наличие самого факта задолженности и обоснованность требований по существу.

В итоге суд первой инстанции отклонил исковые требования, причём основополагающим основанием для отказа стало именно истечение срока исковой давности, о чём и заявлял ответчик.

Редакция со своей стороны может только поздравить Петра Александровича и АС «Национальный альянс проектировщиков «ГлавПроект» с ещё одной убедительной победой в зале суда! А остальных саморегуляторов – призвать включить это дело в копилку полезной судебной практики.

Искренне Ваш,
За-Строй.РФ

Подписывайтесь на За-Строй.РФ в МАХ 

При полном и/или частичном копировании данного материала, для последующего размещения его на стороннем ресурсе, обратная, индексируемая ссылка на источник обязательна!