О выплатах из компфондов СРО, судебной практике, ответственности участников строительства и необходимости новой модели контроля за исполнением договорных обязательств
Нужна помощь профессионала? Опишите задачу – мы подберём нужного специалиста!
Сегодня отраслевые СМИ практически еженедельно публикуют материалы о взыскании денежных средств из компенсационных фондов саморегулируемых организаций. Мы узнаём, какая СРО проиграла очередной судебный процесс, сколько денежных средств взыскано, какие пени и штрафы предъявлены и какие перспективы дальнейших судебных разбирательств ожидают профессиональное сообщество.
Эксперты анализируют судебные решения, обсуждают правовые позиции, призывают что-нибудь предпринять. И чем больше появляется таких публикаций, тем отчётливее возникает ощущение, что мы продолжаем тушить дом, который уже сгорел.
Потому что судебное решение о взыскании денежных средств из компенсационного фонда – это не начало проблемы. Это её результат. Результат событий, которые развивались месяцами, а иногда годами: заключения договора, выхода подрядчика на объект, перечисления авансов, подписания актов, возникновения нарушений, накопления задолженности, пеней и штрафов.
И всё это время у участников строительного процесса была возможность увидеть проблему значительно раньше. Но почему-то сегодня мы обсуждаем преимущественно последний этап – судебное взыскание.
Об этом предупреждали ещё в 2024 году
Для Ассоциации СРО «Перспектива» проблема выплат из компенсационных фондов не стала неожиданностью. Ещё в 2024 году на Российском строительном комплексе в Санкт-Петербурге наши коллеги представили масштабный анализ судебной практики по вопросам ответственности саморегулируемых организаций и взыскания средств из компенсационных фондов.
Уже тогда обращалось внимание на изменение подходов в судебной практике, рост рисков предъявления требований к СРО и возможные финансовые последствия для их членов. Главный вывод заключался в том, что при сохранении сложившейся тенденции вопрос восполнения компенсационных фондов станет лишь вопросом времени.
В 2024-2025 годах Ассоциация СРО «Перспектива» продолжала поднимать вопросы совершенствования контроля за исполнением договорных обязательств, необходимости анализа рисков на ранних стадиях и изменения подходов к работе контрольных комиссий.
«Плач Ярославны» в судебных залах
Российская правовая система не построена на судебном прецеденте в его классическом понимании. При этом правовые позиции высших судебных инстанций имеют существенное значение, а обстоятельства каждого конкретного спора оцениваются индивидуально.
СРО сталкиваются с различиями в судебных подходах к вопросам ответственности, объёма взысканий и оценки обстоятельств неисполнения договорных обязательств. Это объективная проблема. Но всё чаще обсуждение очередного проигранного процесса превращается в своеобразный «плач Ярославны».
СРО рассказывают, почему решение представляется несправедливым, почему подрядчик не мог исполнить договор, почему заказчик действовал недобросовестно. Однако возникает более важный вопрос: а что делала сама саморегулируемая организация, пока договор ещё исполнялся?
Какие действия были предприняты при заключении договора? Какие сведения получены о заказчике и техническом заказчике? Проверялись ли обстоятельства выхода подрядчика на объект? Анализировались ли причины задержек? Направлялись ли уведомления? Какие меры принимались при первых признаках неисполнения?
И главное – какие документы может представить СРО, подтверждающие, что она действительно пыталась предупредить нарушение? Даже добросовестные действия СРО не гарантируют освобождения от установленной законом ответственности, но своевременный контроль позволяет предупреждать ущерб и формировать доказательственную базу.
Подрядчик – банкрот. СРО – без денег. Заказчик – без объекта
Подрядчик не справился с обязательствами. Договор расторгнут. Возникли судебные споры. Предъявлены требования о возврате аванса, взыскании убытков и неустоек. Подрядная организация приходит к банкротству. СРО сталкивается с требованиями к компенсационному фонду, а её добросовестные члены — с перспективой его восполнения. Заказчик, даже получив судебное решение и денежное возмещение, не получает главного – завершённого строительного объекта.
И кто победил? Особенно остро это проявляется при строительстве социально значимых объектов. За незавершёнными контрактами могут стоять несданные школы, больницы и дороги. Система смогла определить виновных и распределить финансовые последствия, но не смогла предотвратить развитие конфликта.
Кто действительно отвечает за неисполнение договора?
Компенсационный фонд обеспечения договорных обязательств предназначен для обеспечения ответственности членов СРО за неисполнение или ненадлежащее исполнение договорных обязательств в предусмотренных законом случаях.
Необходимость этого механизма не вызывает сомнений. Подрядчик отвечает за свои действия, а СРО несёт установленную законом ответственность. Но в исполнении строительного контракта участвуют также заказчик и, при его привлечении, технический заказчик. У каждого свои обязанности. Почему же последствия ошибок разных участников могут в итоге затронуть компенсационный фонд СРО подрядчика?
Посмотрим, как нередко развиваются события. Подрядчик нарушает сроки, не оформляет необходимые документы, не предоставляет предусмотренную договором информацию. Технический заказчик не обеспечивает надлежащий контроль в пределах возложенных на него обязанностей, своевременно не фиксирует нарушения, не оформляет необходимые акты. Заказчик знает о проблемах, но продолжает договорные отношения, не принимает своевременных решений, допускает дальнейшее увеличение потенциальных убытков. При этом стороны продолжают проводить совещания, договариваться устно, обмениваться обещаниями и пожимать друг другу руки. Руководители компаний уверены, что достигнутых договорённостей достаточно. Но за этими рукопожатиями не появляются дополнительные соглашения, акты, официальные уведомления и другие документы, необходимые для надлежащего оформления договорных отношений. Не фиксируются существенные обстоятельства исполнения договора. Не оформляются решения, от которых впоследствии зависит оценка ответственности сторон.
Вместо юридически оформленных отношений – устные договорённости. Вместо документов – рукопожатия. Вместо своевременного контроля – надежда, что всё как-нибудь разрешится.
Так продолжается месяцами – до тех пор, пока договор не превращается в судебный спор и стороны не начинают вспоминать о юридическом значении документов.
Устные договорённости не заменяют необходимых актов и соглашений, а отсутствие документальной фиксации осложняет установление причин нарушения.
Несмотря на то, что в развитии конфликта могли участвовать все стороны, а увеличение убытков могло стать следствием не только действий подрядчика, но и бездействия заказчика или технического заказчика, требования в предусмотренных законом случаях предъявляются к саморегулируемой организации.
Все могли нарушать. Все могли бездействовать. Все могли пренебрегать документами и установленными процедурами. Но плательщик, к которому в итоге обращаются за возмещением, уже известен – СРО.
Возникает своеобразная система коллективного правового нигилизма с заранее определённым источником финансирования последствий.
Саморегулируемая организация не является стороной строительного контракта. Она не участвует в ежедневных совещаниях подрядчика и заказчика, не согласовывает их устные договорённости, не подписывает акты выполненных работ и не принимает решения о продолжении договора при наличии существенных нарушений. Но когда накопившиеся проблемы превращаются в денежные требования, именно её компенсационный фонд оказывается одним из предусмотренных законом источников их удовлетворения.
Решения принимают одни, документы не оформляют другие, нарушения допускают третьи, а финансовые требования предъявляют четвёртому.
Установленная законом ответственность СРО не исчезает из-за нарушений других участников. Но компенсационный фонд не должен превращаться в восполняемый кошелёк для оплаты последствий их совместного действия или бездействия.
Необходимо оценивать действия каждого участника договора, устанавливать причины возникновения и увеличения убытков и предупреждать их на ранней стадии.
Закон должен обеспечивать ответственность за нарушения, а не создавать ситуацию, при которой нарушать могут все, а платить – один.
Контроль договора требует взаимодействия всех участников
Заказчик – технический заказчик – подрядчик – СРО. Саморегулируемая организация не подменяет строительный контроль: ей нужны своевременные сведения, контрольные точки и законные механизмы реагирования.
Компания соответствует требованиям СРО. Почему договор не исполнен?
Представим типичную ситуацию. Компания состоит в СРО, располагает необходимыми специалистами и соответствует требованиям членства. Она выигрывает контракт и приступает к строительству. Через год объект не достроен, сроки нарушены, аванс не отработан, подрядчик близок к банкротству. Формально требования членства соблюдены, но договор не исполнен.
Компания соответствует требованиям СРО, но не исполняет договор.
СРО проверяет соответствие компании требованиям членства, но этого недостаточно для оценки исполнения конкретного договора. Стандарты необходимы, однако наличие специалистов и документов не гарантирует своевременного строительства. На результат влияют финансирование, проектная документация, ресурсы и действия всех сторон. Закон уже предусматривает контроль СРО за исполнением обязательств по договорам, заключённым конкурентными способами, в установленных случаях. Но у СРО нет полномочий остановить исполнение проблемного договора и юридически ограничить дальнейшее увеличение убытков.
Как выявить нарушение в момент его возникновения и не позволить пеням, штрафам и убыткам нарастать снежным комом?
СРО должна не только видеть договор, но и иметь инструменты реагирования
Особое значение имеет информационное взаимодействие, в том числе с учётом изменений, внесённых Федеральным законом № 309-ФЗ. Применимость конкретных положений и сроки их действия требуют отдельной правовой проверки.
Проверка соответствия членов СРО обязательным требованиям необходима. Но даже полный комплект документов не означает, что подрядчик исполняет договор.
Предположим, контрольная комиссия получает документы, ведёт реестр договоров и фиксирует нарушения. Что дальше?
Само по себе получение информации не предотвращает убытки.
Сведения о нарушении должны становиться основанием для конкретного решения в пределах полномочий СРО.
Проблема в том, что СРО может направить предупреждение, но не вправе одним своим письмом обязать заказчика остановить работы или финансирование. Для обязательного взаимодействия с заказчиком и техническим заказчиком необходимы надлежащие правовые основания.
Даже своевременно направленное уведомление не означает автоматического ограничения ответственности СРО за последующие убытки. Необходимо определить, какое юридическое значение должны иметь зафиксированные нарушения и действия СРО по их предупреждению.
Контроль должен начинаться с первого дня
Первая контрольная точка – заключение договора и подготовка к работам. СРО получает сведения об условиях договора, сроках, наличии необходимой проектной и разрешительной документации, финансовом обеспечении и иных обстоятельствах, способных повлиять на исполнение обязательств.
Вторая контрольная точка – авансирование и начало работ. Необходимо установить, созданы ли условия для выхода подрядчика на объект, передана ли документация и соблюдаются ли обязательства сторон, в том числе связанные с использованием и отработкой аванса.
Третья контрольная точка – промежуточное исполнение. Оцениваются соблюдение сроков, выполнение этапов работ, оформление актов, исполнение финансовых обязательств и причины возникающих отклонений.
Четвёртая контрольная точка – выявление нарушений. При первых признаках неисполнения договора СРО должна установить обстоятельства, зафиксировать нарушения, оценить риск увеличения убытков и определить необходимые меры реагирования.
Пятая контрольная точка – устранение нарушений. Если подрядчик не принимает достаточных мер для исправления ситуации, СРО применяет предусмотренные законом и внутренними документами меры дисциплинарного воздействия, документируя принятые решения и их результаты.
Необходимо научиться останавливать рост убытков
Нарушение может быть уже выявлено, но работы продолжаются, сроки срываются, а пени, штрафы и потенциальные убытки растут.
СРО нужны действенные инструменты, позволяющие при существенных нарушениях инициировать приостановление работ по конкретному договору и документально зафиксировать состояние его исполнения и возникшие убытки. Сегодня универсального полномочия самостоятельно остановить такой договор у СРО нет. Предлагаемый механизм требует правовой проработки и, возможно, изменения законодательства.
Дисциплинарное воздействие должно помогать предупреждать финансовые потери, а не только наказывать за совершённое нарушение.
От обсуждения проблемы – к конкретным решениям
Профессиональному сообществу необходима единая модель контроля за фактическим исполнением договорных обязательств. Не новые требования к членству в СРО, а инструменты, позволяющие своевременно выявлять нарушения, предупреждать увеличение убытков и защищать компенсационные фонды.
Предлагаем сосредоточиться на трёх направлениях.
Первое. Разработать новые механизмы дисциплинарного воздействия, направленные на ограничение роста убытков.
Действующие меры не всегда позволяют эффективно повлиять на исполнение уже заключённого договора. Необходимо разработать правовой механизм, при котором СРО сможет при выявлении существенных нарушений инициировать приостановление работ по конкретному контракту, зафиксировать фактическое состояние его исполнения и размер возникших убытков.
Следует определить, какие меры СРО вправе применять сегодня, а какие потребуют законодательных изменений. Цель – не исключить проблемного подрядчика из СРО, оставив заказчика без объекта, а своевременно остановить развитие нарушения и увеличение финансовых потерь.
Второе. Разработать механизмы правовой защиты СРО в отношении заказчиков и технических заказчиков.
Необходимо исследовать возможность предъявления требований к заказчику или техническому заказчику в порядке регресса, если их действия или бездействие способствовали неисполнению договора и увеличению убытков.
Следует проанализировать судебную практику, основания ответственности каждого участника, причинно-следственную связь и наличие у СРО права на предъявление соответствующих требований.
Ответственность за последствия неисполнения договора должна оцениваться с учётом действий всех участников, повлиявших на возникновение и увеличение убытков.
Третье. Создать отраслевую рабочую группу по разработке и автоматизации единой модели контроля.
В её состав могут войти представители СРО, НОСТРОЙ, НОПРИЗ, подрядчиков, заказчиков, технических заказчиков, страхового сообщества, юристы и специалисты по автоматизации.
Задача рабочей группы – разработать практическую модель взаимодействия участников договора, включающую контрольные точки, критерии риска, порядок обмена информацией, типовые уведомления и алгоритмы реагирования.
Особое внимание необходимо уделить использованию существующих информационных систем СРО. Вместо разработки очередного программного продукта с нуля следует изучить лучшие решения и определить возможности их применения для автоматизированного контроля договорных обязательств. Это позволит сократить трудозатраты на плановые проверки и направить ресурсы контрольных комиссий на договоры повышенного риска.
Дополнительно следует оценить практическое применение страхования и рейтингования рисков, определив, какие конкретные управленческие решения СРО сможет принимать на их основании.
Результатом работы должны стать не очередные рекомендации общего характера, а конкретные предложения по изменению законодательства, единая методика контроля и её апробация на действующих строительных контрактах.
Стандарты и внутренние документы СРО должны закреплять уже разработанные и проверенные на практике механизмы.
Главный критерий эффективности новой системы – не количество проведённых проверок, а способность своевременно выявить риск неисполнения договора и предотвратить увеличение убытков.
Хватит тушить пепелище
Сегодня профессиональное сообщество стоит перед выбором.
Можно продолжать обсуждать судебную практику, рассчитывать дополнительные взносы и объяснять добросовестным подрядчикам необходимость восполнения компенсационных фондов.
Вместо очередного коллективного «плача Ярославны» стоит ответить на вопрос:
Что мы собираемся изменить, чтобы через несколько лет не обсуждать всё то же самое, только с ещё большими суммами потерь?
Если стратегия отрасли сводится к тому, чтобы допустить убыток, проиграть спор, выплатить компенсацию и собрать новые взносы, её трудно назвать эффективным саморегулированием.
СРО должна включаться в решение проблемы не тогда, когда уже нужно платить, а тогда, когда убыток ещё можно предотвратить.
Иначе мы продолжим тушить пепелище – за счёт тех, кто ещё продолжает строить
Подписывайтесь на За-Строй.РФ в МАХ 
При полном и/или частичном копировании данного материала, для последующего размещения его на стороннем ресурсе, обратная, индексируемая ссылка на источник обязательна!

Всё описанное верно, но у СРО, кроме понимания инструментов больше нет?
@Интересующийся, ну теперь не сидеть же на п@пе ровно….
Очень четко написано, остается только надеется, что это донесется до Минстроя и будет пролоббировано…. Но надежды, конечно, призрачны….
УТОПИЯ.
Система СРО не работала, не работает и не будет работать на благо отрасли и потребителя.
Только на карман своих владельцев. Но и тут недолго ещё осталось кормиться.
Самая жара пойдет, когда СРО начнут сыпаться одна за одной... Вот когда самый визг начнется.
И это уже скоро - 1-1,5 года.
Какое-то время спасать ситуацию будет создание запасных аэродромов - новых СРО. Но численность будет уже не та, чтобы сытно кушать. И далеко не всем подряд разрешат создать новую СРО.
А рано или поздно, но всё кончится.
@Doctor-LAW, поздно пить боржоми?
@Doctor-LAW, похоже, самые интересные времена у саморегулирования ещё впереди............
@Doctor-LAW, ну зачем так пугать? Там ещё столько семинаров не проведено и столько членских взносов не собрано
Приятно, что и до родных сайтов добрались ИИ технологии в виде не только картинок, но ИИшных текстов.
По существу если, то вы все "лечите не там, где болит", в этом и проблема.
Вспомните, как меняли уровень ответственности по договорам, в период до реформы 2016 года, когда по градкодексу был выбор, или взнос в КФ три миллиона, или договор страхования ГО. Вспомнили? Компания присылала договор и все что было к нему, комплект передавали в страховую компанию, она оценивала возможные риски и пропорциональный размер доплаты по договору страхования ГО, и только после доплаты, давала добро на заключение договора. И риски брала на себя Страховая компания!
Что произошло в 2017 году? Страховые компании отодвинули от процесса, убрав жесткую привязку наличия договора страхования ГО и размера взноса в КФ. Т.е. с 2017 года страхование в рамках СРО перестало быть обязательным (в этом месте звучит громкий возглас удивленных строителей).
Как починить все? Очень просто, нужно вернуть старую логику работы с договорами и страховыми компаниями. Они ребята опытные, деньги во все стороны раздавать не будут и гипотетические/работающие схемы закроются. А учитывая, что 99% строителей все 10 лет с 2016 оплачивают труд страховщиков, это не создаст дополнительной нагрузки.